|
Какалова Антонина |
|
|
|
после того как родилась свыше. |
ОГЛАВЛЕНИЕ
Я помню,
в мае был сильный дождь с грозой. Раскаты грома были такие сильные, а разряды
молнии освещали все вокруг. Я возвращался в 7 часов вечера с занятий. Изрядно
промокший, я прыгал через лужи, жалея туфли, но передо мной был поток воды, она
несла все, что подхватывала на улице. Сливы были забиты листьями, ветками и
мусором. Я махнул рукой и пошел на встречу с водой. Где-то послышался писк,
сначала тихий, а потом громче. Я огляделся, по лужам бежал рыженький котенок.
Маленький, взъерошенный, он отчаянно хотел жить. Я дошел до арки и решил
переждать дождь. Зайдя в арку, увидел собачку, по всему она имела щенка. Она
выглядывала из арки, не решаясь идти на дождь. Я прислонился к стене и закрыл
глаза, дождь еще был сильный. Вдруг послышался такой крик, что я опомнился и
открыл глаза. В этом крике был страх и отчаяние. Собака насторожилась и сделала
шаг вперед. Крик повторился, и она, сорвавшись, помчалась на дождь. Мне было
интересно, и я ждал, что будет дальше. Она быстро вернулась, неся в зубах
котенка, что бежал навстречу мне. Он висел в зубах обмякший и мокрый. Собака
скрылась во дворе.
Прошел
дождь, и я поехал домой. Прошло много времени, и я попал на эту улицу. Я нашел
арку, что спасла меня от дождя. Любопытство взяло верх, и я решительно шагнул во
двор. Навстречу шла женщина с сумкой, видно, в магазин, я подошел и спросил:
«Извините, пожалуйста, вы живете здесь»? «Да, а что?» «Скажите, я вас прошу.
Здесь живет собака, такая черная». «Живет, конечно, у нее есть четыре щенка, а
пятый — какой-то маленький, не выходит
из будки». Я пошел посмотреть. Жучка лежала около будки, греясь на солнце, цыплята играли поодаль, а ее сосал рыжий
котенок, подросший и окрепший, урча и нежась в собачей теплой шерсти. Подумать только, спасла, умница. Вот
это мать! Я смотрел эту картину, Жучка нежно лизала малыша, как только кто из
щенков подбегал и, повизгивая, хотел отпихнуть своего маленького братика, Жучка, сморщив нос, шлепала лапой его и
второй загораживала пушистый комок. Я решил об этом написать. Ведь мать не
должна бросить ребенка, если только умрет, а бросают, а животные хранят детей и
могут выкормить даже не своего. «Божий принцип», — пронеслось у меня в голове.
Если мать и отец земные бросают детей, то Отец Небесный — никогда. Я уважил
собаку, так хотелось подойти, но не хотелось пугать их. Я тихонько оставил свой
завтрак недалеко от будки. Еще постоял, полюбовался на эту нежную мать и
зашагал на работу.
Какалова Антонина
Николаевна