Книга Вторая
Сказка
ОГЛАВЛЕНИЕ
|
|
|
|
|
|
|
Книга Вторая |
|
|
Вакх_и_Маммона |
|
|
|
|
|
|
|
СКАЗКА
Глава седьмая.
Внезапно раздался страшный грохот, такой,
что у девочки заклало уши и потемнело в глазах. Все вокруг бешено закружилось.
Деревья, цветы, животные, птицы, ангелы – все понеслось в стремительном
круговороте, смешалось, и образовалась гигантская воронка, в которую неудержимо
засасывало Олю. Она закричала, но голос потонул в сильном шуме, упала, пыталась
удержаться за траву, но та превращалась в руках в змеек, маленьких и скользких.
Девочка их отбрасывала, хватаясь, за что попадется, но все было липким, ослизлым,
и жгло ладони. Оля почувствовала, что падает, и от страха зажмурилась.
«Так, наверное, умирают!» - отчаянно
подумала она и сквозь сомкнутые веки ощутила ослепительный свет, вспыхнувший
вокруг. Приоткрыв глаза, она увидала, что летит словно бы в огне, но не было
горячо, а летевшие рядом ангелы превращались в уродливых темных существ. Оля
успела заметить, как бывший Маленький Леший обернулся омерзительным бесом, а
бывший тот, кто попрал ад, стал вдруг черным страшным демоном в развивающемся
полупрозрачном плаще. Лица его она, как следует, не рассмотрела, потому что
закрыла глаза прежде, чем обнажился дьявольский, полыхающий злобой взгляд
Тят-Пюя. Когда же, собравшись духом, она снова решила осмотреться, то увидала
прямо перед собой бледное синеглазое лицо Жака-Гюбара. Но прежде чем
превратиться в демона, он успел предупредить Олю о том, что они летят, чтобы
сокрушить Маленького Лешего.
- Я много лгал, но сейчас говорю правду!
На глазах изумленной Оли ангелоподобный Жак
стал перевоплощаться в ужасного демона. Когда глаза его стали огненными,
девочка зажмурилась, отметив про себя, что Гюбар менее страшный демон, чем тот,
который представлялся тем, кто попрал ад…
Сильный удар сотряс девочку, и она лишилась
чувств. Когда же Оля пришла в сознание, то ощутила себя лежащей в полном мраке,
где не было видно ничего, сколько она ни всматривалась. У нее болело все тело,
но она не могла пошевелиться и даже поднять голову. Странное безразличие
овладело ею, и она закрыла глаза, а, закрыв, увидала перед собой неясный
далекий свет и ощутила, словно прохладный ветерок, подталкивающий ее туда. Боль
отступила. Там было хорошо, она это знала, и ветерок был такой манящий и
приятный, что она поплыла туда и увидала длинный темный тоннель, ведущий к
далекому свету. Ее засасывало туда, как в пылесос соринку. Она слабо
сопротивлялась и, когда наполовину очутилась уже в тоннеле, вдруг поняла, что
он ведет в Область Прибывающих Духов, но не испугалась, ей было легко и хорошо
и ничто не удерживало от тоннеля.
«Все кончено, - подумала Оля и содрогнулась:
- Они полетели убить его!»
Если даже дух ее оставит мир смерти и
увидит, наконец, истинного Того, Кто попрал ад, то, как же Маленький Леший?
Даже если Бог спасет его от демонов, он все равно не сможет быть с ней в Мире
Вечной Жизни, потому что он – нечистый дух. А как ему жить в мире смерти без
нее, а ей в вечности без него?..
Оля ощутила, как неведомая сила все дальше и
дальше затягивает ее в тоннель, и напряглась, чтобы ей противостоять. Это было
нелегко, но беспокойство о Маленьком Лешем снова заставило биться сердце. Боль
сразу вернулась с удвоенной силой, но девочка, превозмогая ее, стиснула зубы и
мысленно попросила Бога не дать совершиться насилию над Маленьким Лешим. Слезы
от слабости, боли и какого-то внутреннего просветления потекли по вискам ее,
причиняя одновременно страдание и облегчение. Оля вдруг ясно с радостным
удивлением ощутила, что ее Слышат!
«Я умираю, - подумала она, - а последняя
просьба умирающего не может быть не выполнена. Маленький Леший – дух, и я буду,
как дух. Если ему нельзя в Мир Вечной Жизни, то пусть мы будем вместе хотя бы в
мире смерти. Но только не с демонами!»
Последняя мысль вызвала содрогание, но она
подумала, друг ее тоже пострадал от ада и не должен быть предан ему, а она искренне
стремилась к Тому, кто попрал ад, хоть и позволила демону сбить себя с
правильного пути. Подумав так, девочка удовлетворенно закрыла глаза.
- Господи, дай мне только знать, что он
будет спасен, и тогда я смогу спокойно умереть! - прошептала Оля, как вдруг
тихий свет озарил ее. Девочка раскрыла глаза и в радостном изумлении увидала
над собой смеющуюся Убитую Любовь. Поверх одежд на ней были сверкающие
рыцарские доспехи. На голове шлем, на ногах сандалии, в правой руке полыхающий
меч, а в левой – полированный, как зеркало, щит.
- Убитая Любовь! – прошептала девочка,
любуясь подругой. – Какая ты красивая!
Та звонко рассмеялась.
- Я теперь Ангел Страдания, и, как видишь,
тебя не забыла. Но ты по-прежнему можешь называть меня Убитой Любовью. Я
пришла, чтобы отвести тебя к Тому, Кто попрал ад. Он ждет.
- Уже, наверное, поздно. Демоны полетели
убить Маленького Лешего.
- Ты сомневаешься в силе Того, Кто попрал
ад? Но разве я не говорила тебе во всем полагаться на Него?
- Разве я не полагалась?
- Ты позволила демону снова завлечь себя,
обманывать, и во многом полагалась только на свои силы! Я ведь предупреждала
тебя, что нельзя в обществе демона прийти к Тому, Кто попрал ад, почему ты не
послушалась? – с укором спросила Убитая Любовь.
- Но Гюбар показался мне таким хорошим, я
подумала, что он искренне раскаялся…
- Демона невозможно перевоспитать, ложь –
его сущность!.. Но это в прошлом, не нужно оглядываться назад, вставай и следуй
за мной!
- Но я не могу, - слабо сказала Оля. – Мне
кажется, я умираю!
Убитая Любовь засмеялась и коснулась ее
мечом. Боль сразу прошла, и девочка неуверенно присела.
- Вставай! – настойчиво повторила Убитая
Любовь. – Надо торопиться!
- Я живая или нет? – в недоумении спросила
Оля. Она стала на ноги и ощупала себя. Все было цело и даже не поцарапано.
- Тот, Кто попрал ад, ждет тебя!
Убитая Любовь взяла девочку за руку, но та
неожиданно уперлась.
- Мы должны поспешить в темницу Оркуса, -
горячо сказала она, - чтобы освободить Маленького Лешего! Иначе может быть
поздно!
- Почему ты упрямишься? – с упреком спросила
Убитая Любовь. – Разве ты мне не доверяешь?
Оля мучительно покраснела.
- Меня много обманывали, но верю тебе,
честное слово! И еще, я знаю. Надо торопиться выручать Маленького Лешего.
- Тот, Кто попрал ад, предвидел, что ты не
захочешь идти к Нему без своего друга, - светло улыбаясь, сказала Убитая
Любовь. – Эти доспехи на мне тому подтверждение. Оны даны для тебя Тем, Кто
попрал ад, потому что только ты одна сумеешь помочь своему другу. Твоя любовь
сотворит невозможное, а поможет тебе в этом Шлем Спасения, ад его не сможет
повредить. А это, - Убитая Любовь указала на доспехи, - Броня Праведности Того,
Кто попрал ад! Ты облечешься ею, но сначала препояшься Истиною.
Убитая Любовь обвязала Олю голубой лентой
вокруг пояса и, сняв с себя доспехи и шлем, водрузила их на нее, затем Убитая
Любовь разулась и обула Олины ноги в свои сандалии со словами:
- 3ажегши лампу ее ставят высоко, чтобы
светила во всем доме. Мир – это дом, а ты получила свет и должна нести его
миру!.. Сейчас ты не можешь до конца понять, что я тебе говорю, но это слово
для всей твоей жизни, прими его!
Убитая Любовь выпрямилась и вложила в Олину
руку меч с золотой рукоятью.
- Это духовный меч – Слово Божье! Нет такой
силы в аду, которая бы его не боялась. И, наконец, возьми щит, им ты сможешь
угасить все раскаленные стрелы лукавого. Это Щит Веры.
Девочка приняла щит из рук Убитой Любви и
вопросительно на нее посмотрела.
- Теперь ты во всеоружии и можешь
безбоязненно отправляться за своим другом! – едва произнесла Убитая Любовь, как
сверху к ним спустилась огромная чудо-птица, вся белая с золотой головой и
красными лапами, крыльями и хвостом.
- Это Райская Птица, - объяснила Убитая
Любовь. – Быстрее нее нет ничего в мире. Садись ей на спину, и она мигом
доставит тебя, куда нужно.
Она помогла девочке взобраться на птицу и на
прощание крепко ее поцеловала.
- Ты сильно изменилась, - внимательно и
нежно глядя на Олю, сказала Убитая Любовь.- Страдание и любовь выковали твою
силу. Она тебе еще очень пригодится!
- Прощай! – закричала Оля, и птица взмахнула
красными крыльями.
Когда она их опустила, девочка увидала, что
находится перед входом словно бы в пещеру, по бокам которой сидели на цепи два
трехголовых свирепых пса. Удивившись, что так быстро достигла цели, девочка
соскочила с птицы и подошла к пещере. Псы с рычанием набросились на нее, но,
заслонившись от одного щитом и отогнав другого мечом, она беспрепятственно
прошла мимо, псы бессильно щелкали вслед ей зубами, так и не сумев причинить
вреда. Войдя под мрачные своды пещеры, Оля очутилась в длиннющем коридоре, по
стенам которого были развешены факелы с кроваво-красным пламенем, она побежала,
и шаги ее эхом разносились по коридору. Девочка торопилась и скоро достигла
огромной залы, которую сразу узнала: это была тронная зала Великой Змеи. Сама
хозяйка возлежала, как обычно, на своих многочисленных подушках, а вокруг трона
толпились ее подданные, природные духи и демоны, обманывавшие Олю. Но теперь
она не боялась смотреть на них. Страха демоны не внушали, но лишь отвращение
своим исключительным уродством. Ее появление здесь вызвало шок. У Великой Змеи
широко распахнулся большущий змеиный рот, и длинный раздвоенный язык вывалился
наружу. Демоны из черных сделались серыми, а страшные чудища, духи природы,
испугавшись, стали расползаться по углам. Оля громко засмеялась над смятением,
которое произвела. Среди чудовищ она разглядела дракона Оркуса, шагнула к нему и
наступила ногой, обутой в ангельскую сандалию, ему на хвост, отчего дракон весь
съежился и стремительно стал уменьшаться, пока не сделался маленькой ящеркой, у
которой затем отвалился хвостик, и ящерка, извиваясь, юркнула под трон. Оля
подняла драконий хвостик, бросила его в царицу природных духов и дерзко
сказала:
- Я пришла забрать Маленького Лешего. Ты
велела заточить его, вели теперь выпустить!
Великая Змея подтянула нижнюю челюсть,
прикусив язык, отчего он, точно вилка, остался торчать из пасти. Она беспомощно
уставилась на демонов, не зная, что отвечать Оле, и боясь. Тят-Пюй первым
опомнился и спросил девочку, дух она или живой человек.
- Живее живых! – засмеялась Оля. – И пришла за
моим другом. Больше ты меня не обманешь. Отдайте мне Маленького Лешего!
- Но мы видели, как ты умирала! – крикнула
Великая Змея, обретя голос.
- Зато не видели, как я ожила, потому что не
все дано вам видеть! Тот, Кто меня оживил, сильнее вас всех!
Тят-Пюй тем временем сделал знак Великой
Змее, и та ударила кончиком хвоста в серебряный колокольчик. Словно из-под
земли возник перед троном глубокий старик, похожий на переростка-гнома с
глазами невероятно огромными и прикрытыми веками до пола. На плечах у него
сидели два гнома, которые шустро ринулись по телу вниз и, схватив тяжелые веки
за ресницы, потащили их кверху, обнажая глаза. Оля догадалась, что перед ней
Вий, король колдунов и повелитель гномов, про которого рассказывал ей Маленький
Леший, и, вспомнив об убийственном взгляде Вия, закрылась от него зеркальным
щитом. Вий устремил на девочку взгляд, но уткнулся им в собственное отражение,
издал громкий вопль и провалился обратно под землю. Поняв, что ее хотели
убить,
Оля рассердилась. Она вскочила на трон и прижала мечом голову Великой Змеи к
бархатной подушке.
- Вели привести сюда Маленького Лешего! –
грозно приказала она. – Иначе я все здесь разломаю!
Великая Змея придушенно засвистела, и на
девочку набросились змеиные охранники – чудища свирепые и страшные, но она
заслонилась от них щитом, и чудища оказались бессильны. Оля сильнее придавила
змеиную голову к подушке, но та изловчилась и обвила ее своими кольцами. Щит и
меч выпали их рук девочки, и демоны набросились на нее, но не смогли повредить
доспехи. Великая Змея не в силах была долго удерживать девочку, потому что
ангельская броня жгла ее кожу, словно огнем, и она разжала кольца.
Освободившись,
девочка схватила щит, и вовремя, так как демоны собрались воедино и устремились
на нее зловещим черным потоком. Едва Оля успела заслониться от них щитом, как
они обрушились на нее, но, ударившись о щит, рухнули на пол и исчезли.
Фантом
попробовал утянуть меч, но едва коснулся его руками, как дико взвыл, точно
дотронулся до раскаленного металла, и стремглав бросился к выходу. Отчаянно дуя
на пальцы. Топот копытец его долго еще раздавался эхом из полутемного
коридора.
Великая Змея, когда увидела, что осталась
одна, а слуги и демоны ее покинули, то уползла под трон и там пропала
бесследно, сколько Оля ее не высматривала. Зато она углядела за ножкой трона
затаившуюся там бесхвостую ящерку – бывшего грозного дракона Оркуса. Она
схватила его за лапку и выволокла наружу. Оркус отчаянно трусил и упирался
всеми силами, но вынужден был признать Олино превосходство.
- Покажи, где ты прячешь Маленького Лешего!
– потребовала она.
- Мне нужен хвост, - печально сказал дракон,
- без него я бессилен.
- Сила должна быть в голове, а не в хвосте!
– усмехнулась Оля. Она отыскала драконий хвостик в подушках Великой Змеи и
приставила его к ящерке. Тотчас из нее вырос огромный дракон, и девочка на него
вскарабкалась.
- Поехали! – Крикнула она и предупредила
дракона: - Только без фокусов!
Для острастки она пощекотала Оркуса мечом, и
перепуганный дракон, стукнув о пол мощным хвостом, очутился с ней в своих
владениях.
С замирающим сердцем подходила Оля к
массивной двери, за которой находился ее друг. Руки ее дрожали, когда она мечом
пыталась сломать тяжелый замок. Она велела дракону ждать ее и пригрозила в
случае непослушания отобрать хвост. Дракон униженно и покорно опустил в знак
согласия голову. Наконец замок отвалился. Оля с трудом отворила дверь и
спустилась в темницу, не в силах унять разыгравшейся дрожи в коленках. Пылающий
меч в ее руках освещал темницу, другого света здесь не было. Она увидела
Маленького Лешего сразу. Он сидел на каменном полу в углу, прислонившись спиной
к стене и обхватив согнутые колени руками, лицом он уткнулся в колени и не
шевелился. Девочка отчего-то испугалась. Она хотела окликнуть его, но не
смогла: голос ее не слушался, и тело тоже словно стало чужое: до Маленького
Лешего было несколько шагов, но она не могла сделать и одного.
Но вот свет от меча достиг Маленького
Лешего, он в недоумении поднял голову, увидел девочку и не поверил глазам, ведь
по отсчитываемым им дням она должна была состариться. Сегодня исполнялось сорок
дней от начала его заточения, а, значит, ей должно было быть пятьдесят лет! Но
девочка стояла перед ним такая же, как и в первый день, их знакомства, только
очень красивая в блестящих доспехах, и новое чувство светилось в ее глазах.
- Ты не призрак? – с сомнением спросил он, а
Оля засмеялась сквозь брызнувшие слезы. Она подошла и опустилась перед ним на
колени.
- Помнишь, тогда на полянке, ты спросил, не
русалка ли я?
Маленький Леший протянул руку и пальцем
потрогал слезы.
- Нет, ты не призрак, - утвердительно
сказал он. – Призраки не плачут!
Оля взяла его ладонь и, уткнувшись в нее
лицом, заплакала. Маленький Леший молчал. Выплакавшись, Оля снова поглядела на
него и хотела сказать, как сильно она без него скучала, что ради него оставила
свое время и папу, что много перенесла испытаний и чуть не умерла…. Да мало ли
что она хотела сказать ему! Но сказала
только:
- Слава Богу, что мы снова вместе!
Маленький Леший смотрел на нее, не
отрываясь. Он все еще не мог в полной мере осознать действительность
происходящего. Он был очень слаб и измучен. Бес Фантом верно сумел передать его
облик, но одно оказалось ему не под силу и что сохранилось в Маленьком Лешем
без изменения. Это его лучащиеся удивительным светом глаза, которыми он смотрел
на девочку, и от которых у нее замирало и точно переворачивалось сердце.
Маленький Леший прислонился затылком к стене, чтобы легче было смотреть на
девочку, улыбнулся и закрыл глаза. Оля испугалась.
- Что с тобой?
- Не волнуйся, духи не падают в обморок и не
умирают, - со знакомой усмешкой сказал он и, помолчав немного, спросил: - Как
ты сюда попала?
- Долго рассказывать! – засмеялась Оля. –
Надо отсюда выбираться.
- Но куда?
- К Тому, Кто попрал ад.
Перехватив его изумленный взгляд, Оля
усмехнулась. Она помогла ему подняться с пола, отдав щит и поддерживая его за
пояс левой рукой, а в правой руке девочка сжимала светящийся меч. Они выбрались
из темницы и увидали дракона Оркуса, понуро стоявшего у выхода. Маленький Леший
приостановился, но Оля легонько подтолкнула его вперед.
- Эта гвардия нам теперь не страшна, -
шепнула она. – У нас есть оружие посильнее!
Она помогла Маленькому Лешему взобраться на
дракона, затем уселась позади него сама и крепко обхватила его левой рукой за
пояс. Щит она велела держать Маленькому Лешему, оставив у себя только меч.
- Трогай! – приказала дракону Оля, и тот
послушно ударил о землю хвостом. Они вновь очутились в тронном зале Великой
Змеи, где их уже поджидали опомнившиеся демоны и природные духи. Они набросили
на дракона с детьми липкую и толстую сеть, полностью сковавшую их движения.
Дети оказались накрепко прилеплены к дракону и друг другу, Оля подумала, что
очень предусмотрительно поступила, отдав щит Маленькому Лешему. Теперь он
оказался спереди им заслонен, а позади его прикрывала она. Броня ее для демонов
была неуязвима, и огненный меч никто из них не мог у нее отобрать. Демоны
озадаченно окружили их и попытались разъединить детей, но Оля изо всех сил
вцепилась в своего друга и крепко к нему прижалась, пылающий меч ее уперся в
дракона. От неожиданной боли тот взвился в воздух и разорвал сеть. Оля
обрадовалась и велела дракону лететь к выходу.
- Не смей! – разом закричали демоны, но
Оркус боялся, девочку больше, чем их, и понесся по коридору к выходу. А там
детей ожидала Райская Птица, перескочив
на которую, они успели только заметить вывалившихся из пещеры чудовищ, но те
сразу скрылись из виду за взметнувшимися красными крыльями. Когда Райская Птица
опустила крылья, они очутились посреди бескрайнего луга, над которым всходило
малиновое солнце, и бриллиантовая роса сверкала на цветах и траве.
- Солнце! Настоящее солнце! – радостно
закричала Оля. – Я так давно его не видела!
По белым перьям дети скатились прямо в
росистую траву, и Райская Птица, взмахнув крылами, легко поднялась в небо и
улетела. Оля сияющими глазами посмотрела на Маленького Лешего, а он на нее, и
оба расхохотались. Это было так здорово, так чудесно – снова быть вместе! Они
взялись за руки и побежали навстречу восходящему солнцу. Радость переполняла
девочку, но бежать было тяжело: мешали доспехи и меч, и она, споткнувшись и
хохоча, упала лицом прямо в росу. Тогда она сняла с себя шлем, броню, пояс и
сандалии, сложила их вместе с мечом и щитом в одну кучу, и, оставшись в
трусиках и майке, босиком побежала по мокрому лугу, ощущая в груди величайшую,
необъятную радость. Маленький Леший стал ее догонять, но был очень слаб, поэтому
скоро не выдержал и со смехом повалился на землю, Оля вернулась и насмешливо
склонилась над ним. Она поддразнила его, высунув язык, но он изловчился и
дернул ее за ногу. Девочка не удержала равновесия и упала рядом. Тогда он
вскочил и, прежде чем Оля успела опомниться, схватил ее запястья и прижал их к
земле, придавив коленкой, туловище Оли, чтобы она не вывернулась. Сначала
девочка пробовала отбиваться ногами, но освободиться не могла и была вынуждена
признать его превосходство. Сощурившись от лучей сияющего в чистом небе солнца,
она пристально вгляделась в лицо Маленького Лешего и удивилась. Кожа его
приобрела прежний, золотистый оттенок, глаза стали бодрыми и ясными, выражение
боли и слабости исчезло, и губы краснели по-прежнему. Даже волосы цвета опавших
листьев были, как раньше, и лохматились во все стороны.
- Ромка, ты изменился! – восторженно сказала
Оля, а Маленький Леший, засмеявшись, освободил ее руки и убрал коленку.
- Роса восстанавливает силы и очищает,
сказал он, - но здесь другое…
Он задумчиво осмотрелся по сторонам.
- Здесь чистая природа, понимаешь?
- Нет.
Маленький Леший с улыбкой взглянул на нее.
- Раньше вся природа была чистой, когда в
ней не было зла. Это… потерянный рай.
- Который оставили Адам и Ева?
- Ага! – ответил Маленький Леший и вскочил
на ноги. Он подал девочке руку, помогая подняться, и дети медленно побрели
туда, где остались доспехи. Но вместо них на примятой траве стояло Олино
лукошко, сплетенное для нее маленьким Лешим, а в нем лежала вся ее школьная
одежда. Оля обрадовано схватила лукошко и показала его Маленькому Лешему.
- Помнишь?
Он сосредоточенно нахмурился и кивнул.
- Но как оно здесь оказалось? Я не понимаю.
- И нечего понимать, - смеясь и дрожа от
восторга, сказала Оля. – Поверь, все будет хорошо, даже лучше, чем мы можем
представить. Я так верю Ему!
- Тому, Кто попрал ад?
Оля кивнула, быстренько надела школьную
одежду и обулась.
- Идем! – сказала она, выпрямляясь.
- Куда?
- Все равно, - ответила девочка и рассмеялась
его недоумению. – Куда бы, мы не пошли, мы пойдем правильно, потому что идем к
Нему, понял?
Маленький Леший неопределенно пожал плечами,
и они, взявшись за руки, пошли по лугу, навстречу поднимающемуся солнцу. Лучи его
согревали их, а пение невидимых птиц сопровождало всю дорогу, пока луг не
окончился, и они вышли к какому-то селению. Покидая луг, Маленький Леший
замедлил шаг и обернулся.
- Ты чего? – спросила Оля.
- Мне всегда хотелось увидеть чистую
природу, а здесь она такая, какой задумал ее Бог. Я так рад, что хоть немного
побывал в этом мире!.. Если бы первые люди не ослушались Бога, природа не была
бы проклята, и дьявол не захватил бы власть над ней, и я бы не был нечистым
духом, и ты не имела бы в себе греха. Во мне и тебе живет тоска по этому раю,
понимаешь?
Оля кивнула.
- А что, интересно, там? – спросила она,
указывая на селение впереди.
- Это точно не рай. Идем, посмотрим.
Дети вошли в селение. Глиняные белые дома
грелись под уже припекавшим солнышком, а вдоль узких улочек возле домов
копошились в пыли взъерошенные куры и прыгали воробьи. Из скотных дворов до
детей доносилось блеяние овец, и деревенский запах дыма и парного молока висел
в воздухе. Во дворе невысокого, окруженного садом дома закричал петух. На
крыльцо вышла молодая, просто одетая женщина и улыбнулась детям. Затем она
скрылась в саду, откуда доносился стук молотка и визг пилы.
- Здесь хорошо, правда? И люди такие простые
и добрые. Ты хотел бы здесь жить? – спросила она Маленького Лешего, но он не
успел ответить, потому что наткнулся на мальчика, возившегося у ручья возле
дороги. Он был измазан в глине, которую выбирал из ручья и мастерил из нее
птичек, ставя их в ряд возле себя. Дети остановились и стали наблюдать за его работой.
Когда птичек стало двенадцать, он вдруг изо всех сил захлопал в ладоши и
засмеялся так весело и звонко, что Оля с Маленьким Лешим не выдержали и
засмеялись тоже. Тут случилось чудо: глиняные птички ожили, захлопали крыльями
и поднялись в воздух. Одна птичка села на ветку дерева рядом с Олей, и та
увидала, что головка у нее отливает золотом, туловище белое, а крылышки, лапки
и клювик ярко-красные.
«Совсем как у Райской Птицы, - подумала Оля.
– Только та гораздо больше!»
Мальчик запрокинул голову и, щурясь от
солнца, смотрел вслед улетающим птичкам, потом перевел взгляд на детей.
- Что вы здесь делаете?
Оля пожала плечами, не зная, что отвечать:
не станет же она рассказывать ему всю их историю!
- Это не ваше время. Вы – люди последнего
времени.
- Человек только я, - сказала Оля, – а он –
дух.
И указала на Маленького Лешего, но мальчик
рассмеялся.
- Какой же он дух, если у него тень?
Оля с удивлением оглядела Маленького Лешего.
Действительно, на дорогу от него падала самая настоящая тень, такая же, как у
нее. Оля всмотрелась в лицо своего друга: от волос, носа и ресниц на нем ясно
вычерчивались тени, и замечательный светотеневой рисунок оживлял его. Увидав
свою тень, Маленький Леший побледнел и уставился на мальчика.
- Вам нужно идти туда! - мальчик указал на
дверь стоявшего через дорогу дома.
- Спасибо, - сказала Оля и, взяв друга за
руку, хотела идти, но Маленький Леший неожиданно уперся и спросил о чем-то
мальчика на непонятном языке. Тот ответил ему, Маленький Леший спросил снова, и
мальчик долго и серьезно отвечал ему, а затем обратился к Оле.
- Забирай своего друга и уходи, вам больше
нельзя здесь оставаться.
- Спасибо, - еще раз сказала Оля и потащила
за собой к двери Маленького Лешего. Напоследок она обернулась и помахала рукой
мальчику, смотревшему им в след, и он ей тепло улыбнулся. Отворив дверь, Дети
вошли в темную после яркого солнца прихожую. Дверь гулко захлопнулась за ними.
У Оли перехватило дыхание, и ослабели ноги. Еще бы, ведь она стояла в
собственной квартире, и запах их с папой жилья она не спутала бы ни с каким на
свете! Не веря себе, она вбежала в комнату и застыла в недоумении: все здесь
было таким, как в тот день, когда она, зажав в руке солнечный камень,
отправилась выручать Маленького Лешего. Девочка подбежала к столу. Так и есть!
На нем лежала ее, адресованная папе записка. Она посмотрела на пол и увидела
осколки стакана, брошенного ею в котенка-домового. Все было на своем месте, как
будто она и не отлучалась!.. А, может, и правда, все эти мытарства ей только
причудились, и нет здесь никакого маленького Лешего?.. Она в страхе обернулась
и увидала своего друга, стоявшего у входа в комнату и с любопытством
озирающегося. Оля счастливо засмеялась и прижала ладони к пылающим щекам.
- Ромка! Слышишь, мы вернулись в наше время!
- Слава Ему!
- Кому? – не поняла Оля.
- Тому, Кто попрал ад.
- Слава, - удивленно сказала Оля. – Но
почему ты вдруг вспомнил о Нем?
Маленький Леший засмеялся.
- Разве ты не поняла? Этот Мальчик с птичками,
Он и был Тот, Кто попрал ад!
- Не может быть! – бледнея, воскликнула Оля,
но Маленький Леший, улыбаясь, смотрел на нее. Тогда девочка стремглав бросилась
к двери, но та оказалась заперта на замок. Она отворила дверь, но за ней была
обычная лестничная площадка. Оля в расстройстве снова заперла дверь и вернулась
в комнату. Она так желала встретиться с Тем, Кто попрал ад, а, встретившись,
Его не узнала!.. Войдя, она увидала Маленького Лешего сидящим на диване. Он
весело поглядел на нее бирюзовыми глазами. Теперь это был никакой не дух, не
леший, а просто симпатичный, лохматый мальчишка. Разглядывая его, Оля прижалась
щекой к дверному косяку и ощутила, как комок подступает к горлу.
«Я выстрадала его!» - гордо и счастливо
подумала она и вздрогнула от раздавшегося в дверях звонка.
- Это, наверное, папа, - предположила она,
перехватив удивленный взгляд Маленького Лешего, и убежала отпирать дверь.