|
Оксана Силина |
|
|
|
О себе: Водное крещение приняла 16 июля 2000г в церкви
"Благая Весть" города Екатеринбурга, сейчас живу и учусь в
Германии. Очень благодарна Господу за то, что
Он позволяет мне писать во Славу Божию. С наиболее полным списком сочинений Вы можете ознакомиться на моей домашней странице "Капли сота" по адресу: www.silina.de |
ОГЛАВЛЕНИЕ
Мария
хотела спать. Отложив книгу, она выключила торшер и свернулась калачиком,
подложив под щёку мягкую ладонь. Когда сон уже начал окутывать её, она подумала
о том, что замёрзла и надо бы укрыться пледом, но уже не было сил подняться и
взять его. Вдруг Мария почувствовала, как что-то защекотало плечо и шею, и
вдруг стало тепло. Она ощутила тяжесть мягкого пледа, и её наполнила тихая
радость, какую чувствуешь только тогда, когда снится очень приятный сон. Мария
тут же удивилась: кто бы это мог быть? Но у неё уже не было желания ни
открывать глаза ни шевелиться. Собрав остатки сил, она тихонько спросила: кто
это? Мария почувствовала, что кто-то наклоняется к самому её уху.
- Это я, - прозвучал
тихий голос, - я - твой брат.
- Мой брат?, - Мария опять
удивилась, но тут же поймала себя на мысли, что совершенно не испытывает
страха,- но этого не может быть. Я потеряла брата много лет назад, когда нас с
детским домом эвакуировали в другой город.
- И, всё-таки, это так.
- Тогда скажи как тебя
зовут?, - спросила она и вспомнила, что всегда называла брата Коляшей.
- Меня зовут Николай, -
прозвучал голос, - но ты звала меня Коляшей, помнишь?
- Помню,- улыбнулась
Мария, и перед её мысленным взором явственно предстали давным - давно забытые
детские годы.
- Помнишь наш сад, в
котором каждую весну цвели чудесные яблони, я срывал для тебя маленькие
белые цветочки и украшал ими твои чёрные косы, ты была такая маленькая, что не
могла дотянуться даже до самой нижней ветки.
- Помню, - отозвалась
она. А ты был смешной, долговязый, с оттопыренными ушами. Но мне ты
казался самым красивым и самым отважным, и я всегда гордилась тобой. Никто,
кроме тебя не осмеливался голыми руками ловить раков и зажимать в кулаке живых
шмелей. Ты рвал крапиву и все тобой восхищались, но только я одна знала, как
тебе было больно, я видела это по твоим бледным щекам и капелькам пота на
висках.
- Да, - сказал он, - мы
всегда понимали и чувствовали друг друга.
- По вечерам ты тихонько
присаживался на мою кровать и долго-долго рассказывал мне сказки, самые
чудесные сказки, какие я когда-либо слышала в жизни, - задумчиво проговорила
Мария, - а ещё ты рассказывал мне о нашей маме, говорил, что у меня такие же
красивые чёрные волосы и большие зелёные глаза, как у неё. А ещё мы любили
сидеть в уголке у печки и мечтать о нашем будущем. Ты говорил мне, что, когда я
вырасту, то стану актрисой или буду петь в театре на огромной сцене в
сверкающем белом платье, а ты будешь сидеть в зале и апплодировать мне.
- А ты так и не
стала актрисой, - произнёс он.
- Да, - усмехнулась
Мария, - так и не стала, - и вообще, жизнь у меня самая обычная. Всё
удивительное уже прошло. Как ни станно, но всё чудесное осталось там , в
нашем полуразвалившемся детском доме, а нынешняя жизнь – это работа, переполненный
транспорт, коммунальная квартира.
Она замолчала и вдруг
испугавшись, что больше не услышит его голоса, позвала:
- Коля!
- Я здесь, -
отозвался он, - знаешь, я думаю, что не в коммунальной квартире здесь дело,
вспомни–ка: наш детский дом размещался в крохотном помещении, но ведь никто не
жаловался на то, что мало места, всем было тепло и уютно, хотя в стенные щели
дул ледяной ветер и иногда приходилось ложиться спать голодными.
- Да, всё изменилось, -
проговорила она, - теперь у людей совсем другие ценности.
Мария замолчала,
ей показалось, что она вспомнит сейчас что-то очень-очень важное. Она
напряжённо думала, стараясь не упустить смутно возникшую мысль.
- Ты вспоминаешь, что я
подарил тебе тогда на день рождения?, - тихо спросил он.
- О, я вспомнила, -
Мария облегчённо вздохнула и тихонько засмеялась, - ну конечно, это был самый
дорогой сердцу подарок. Куклу, ты подарил мне тряпичную куклу с жёлтыми
волосами и зелёными пуговицами вместо глаз. Мне она казалась тогда прекраснее
всех кукол на свете.
- Ты не забыла, - она
почувствовала, что брат улыбнулся.
Марие стало так хорошо и
покойно, как бывало в детстве, когда сердце заполняла незыблимая уверенность,
что всё ещё впереди. Вдруг ей неудержимо захотелось узнать: а как он, её брат,
её Коляша жил все эти годы. Но она интуитивно почувствовала запретность темы.
- Не надо, сестрёнка, -
сказал он, будто угадав её мысли.
- Но почему, Коленька,
милый. Ведь это же невозможно, я уже давно не верю в чудеса. Моя жизнь состоит
из одних только неразрешимых вопросов. Что мне делать, как жить дальше?
- Ответы на все вопросы
ты найдёшь в Книге...
- В книге? В какой
книге, Коля? Коля!...
Он больше не отзывался.
Марию душили слёзы,
спазмы в горле не давали вздохнуть. Задыхаясь, она застонала и проснулась.
В окно
уже вовсю светило солнце, на кухне шла привычная возня: звон тарелок, стук
ножей. По радио сообщали о том, что происходит на полях страны... Самое обычное
утро. Мария прижала ладони к глазам, ресницы были мокры от слёз. В приоткрытую
дверь заглянула соседка:
- Маш, что это с тобой?
Вчера ко мне даже не зашла. Я забежала к тебе, смотрю - ты спишь, сжалась вся в
комочек, руки холоднющие, ну я и укрыла тебя пледом, а то, думаю, замёрзнешь
совсем за ночь-то, сон-то у тебя богатырский.
- Спасибо тебе, спасибо,
- рассеянно проговорила Мария.
«Вот так , -
грустно усмехнулась она, - сказки, увы, не получилось...»
Тут Мария заметила
что-то в руках у соседки.
- А что это у тебя?, -
спросила она, пытаясь разглядеть заинтересовавший её предмет.
- Ах, это?, - соседка
пожала плечами, - это – книга.
- КНИГА?...
- Ну да, сегодня
какой-то молодой человек подарил, когда я за хлебом бегала. Ты знаешь,
чудной он какой, смотрит на тебя, как-будто в душу заглядывает. «Вот,-
говорит,- читайте эту Книгу и будете жить», чудно, правда?
Но Мария уже не слышала
её, она протянула руку за книгой, сердце колотилось у неё в груди.
Соседка ещё немного
постояла, опять пожала плечами и исчезла в тёмном коридоре.
Ощутив в руках тяжесть
книги, Мария поднялась и подошла к окну.
Золотом всполыхнули на
утреннем солнце шесть заветных букв...
Не умея справиться с
волнением, Мария машинально пролистала несколько страниц. Слёзы текли у
неё по щекам.
... «И отрёт Бог
всякую слезу с очей их, и смерти не будет уже; ни плача, ни вопля, ни болезни
уже не будет; ибо прежнее прошло...», прочитала она первые в своей жизни
Слова Истины ...